Аванесов Вадим Георгиевич — Аналитик, системный администратор, эксперт в области компьютерной безопасности.
Участник методологических семинаров и курсов Московской школы конфликтологии с 2004 г.
О размышлениях Вадима: — «Классический научный идеал «объективности и ничего личного» в познании человека не только недостижим, но и ложен».
Проблема.
Анализ погружённости в проблематику человека выталкивает сознание исследователя в «пограничную ситуацию», появляется потребность выживания, а для этого необходимо создание безопасной среды. Она может быть создана только из группы учеников, как следствие такая потребность порождает сектантов — как следствие высокой степени личной вовлеченности и принятия групповой ответственности. Однако, личные ошибки учителя в мышлении и поведении, выводятся за переделы сознания неофитов и именно этот факт – отсутствие критики и моббинг несогласных с учителем — имеет высокую цену.
- Новые понятия, вводимые В.Аванесовым.
Исследование стратегии избегания критики со стороны тех, кто берется за проблемы преображения практики, требует новых понятий, таких как «институциональная нерефлексивность» и «методологическая паства», «тотальная Система Деятельности (Системы Де)», рефлексивный императив.
Формулировка рефлексивного императива: необходимость отделять рефлексию от эмоций, оставаясь в «СМД-рефлексии» даже при критике собственных фундаментальных убеждений.
Экзистенция. Проверка убеждений на прочность как акт высшего уважения к человеку в условиях скоротечности жизни перед лицом тотальной Системы Де.
- Основные идеи
В методологии и гуманитарных науках знание сращено с личностью его носителя. Качество специалиста, изучающего человека и общество, определяется не столько объемом знаний, наличием схем и методов, сколько его личностными, человеческими качествами. Чем глубже знание, тем выше эта зависимость. Именно поэтому от СМД методолога, требуется Мужество подвергать сомнению свои и чужие убеждения, а также философски и содержательно принимать критику в свой адрес.
- Фигура учителя-методолога несет ответственность, сопоставимую с религиозной, что порождает риски, необходимость безопасности и закономерно порождает «сектантства», а потому требует высочайшего этоса.
- Подлинная человечность определяется не сферой потребления и нужд, а способностью к отдаче и общественной полезности.
- Критика «онтологии потребности» как устаревшей – является кощунственной с точки зрения исторического развития человеческого духа.
- Интеллектуальный способ существования в этом поле — это рефлексивный императив — развитие способности к методологической рефлексии, позволяющей критиковать идеи, не переходя на личность, но при этом принимая, что критика идей неизбежно задевает их автора.
- Тотальный контекст деятельности, в котором частная ошибка, особенно у «учительствующих», может иметь масштабные последствия.
- Неспособность профессионального сообщества официально признать и отрефлексировать свои фундаментальные, в том числе личностные, противоречия.
- Антропологическая модель, выводящая сущность человеческого из биологических и социальных потребностей должна подвергаться жесткой критике.
- Критерий ценности человека и его пути, определяется мерой общественной значимости, полезностью для других людей.
Таким образом, знание о другом –это ВСЕГДА Личностно-вовлеченное знание.
Это Знание, не может быть отделено от личности, опыта и этоса его носителя. Однако, личностное может быть скорректировано, за счет СМД-рефлексии (Системо-мыследеятельностная рефлексия), как способности анализировать основания собственной мыслительной и деятельностной позиции, «оставаться в рефлексии» даже под критическим огнем.
- Текст Аванесова В. глубоко раскрывается в нескольких пластах культурно-исторического контекста:
- Контекст советской и постсоветской философии: Полемика происходит внутри наследия Московского методологического кружка (ММК), основанного Г. П. Щедровицким (ГП). Это специфическая интеллектуальная традиция, сочетающая марксизм, системный подход, теорию деятельности и элементы философии.
- Христианский контекст: Автор активно апеллирует к Новому Завету, проводя параллели между ответственностью методолога-«учителя» и ответственностью религиозного наставника. Это выводит дискуссию за рамки чистой науки в сферу экзистенциального и религиозного поиска, что характерно для поворота к духовным темам в русской мысли после распада СССР.
- Контекст западной философии науки: Проблема «личностного знания» перекликается с идеями Майкла Полани, который также настаивал на неявном, личностном измерении научного познания, критикуя идеал полной объективности.
- Общефилософский контекст: Критика «онтологии потребности» ставит текст в один ряд с философскими проектами, критикующими потребительское общество и отстаивающими идею служения и дара (например, у Э. Левинаса или в работах о даре М. Мосса).
Таким образом, на материале конкретной интеллектуальной полемики раскрывается фундаментальный для современной гуманитаристики вопрос: как возможно объективное знание о человеке, если сам познающий — живая, вовлеченная и ответственная личность? Ответ, предлагаемый текстом, — не через иллюзорное отрицание этого факта, а через его глубокое принятие и превращение в основу для нового, более строгого и человечного этоса.
(При распространении авторского текста просьба ссылаться на первоисточник. Телеграм-канал. Виртуальный дополнительный ресурс Международного методологического семинара «Системное мышление и институциональный подход». Семинары проводятся с ноября 2009 года. Инициатор и модератор – Вячеслав Марача. https://t.me/sys_inst