«Заметки студента»
Глава: 1 сентября
Лето прошло очень быстро. И настало не долгожданное 1 сентября.
—У нас учеба! Прямо с первого сентября удивлялись студенты.
— Вот звери!
— И практика сразу — 6 сентября.
— А практика — это как?
— Вроде преподаватель говорила, что нас распределят по первому курсу преподавать философию на межфаке.
— Бедные первокурсники.
— Так вообще можно? Преподавать, не получив задания и не подготовившись?
— Может быть, нас не сразу в пекло кинут, а чуть подготовят?
— У нас же курс был — методика преподавания. Вроде это была подготовка, мы там даже учились программы делать. Я так и понимаю, что это была подготовка.
Студенты дружно и задорно обсуждали начало учебного года, ожидание преподавателя.
И вот дверь в аудиторию открылась, и в аудиторию вошёл преподаватель.
Студенты сразу притихли.
Лекция началась.
— Этот курс «Кантовская традиция в России», должен был преподавать не я. Так получилось, что преподаватель, который должен был вести у вас этот курс, переехал и будет работать теперь в другом университете.
После этих слов преподавателя студенты выдохнули с облегчением, так как они уже в прошлом году слушали лекции уехавшего преподавателя. Это было ещё то испытание, которое можно было назвать: «Лишь бы не заснуть на лекции». Кстати, не все в конце концов справлялись с денным испытанием, и тихо спали. Пока студенты размышляли каждый о своём, педагог продолжал вещать.
— Я, конечно, не специалист в данном направлении. Поэтому я взял книгу советского автора, и по ней мы будем с вами далее двигаться. По поводу моего отношения к советским философам и советской философии, я вам ещё говорил в прошлый раз.
Студенты напрягли память: что же он там нам говорил?
— А, кажется, он говорил, что в Советском Союзе не было философии, что вся философия была подчинена идеологии.
И тут я задумалась: если это было действительно так, то как они могли писать книги, по которым нам сейчас будут читать лекции?
Пока я размышляла, преподаватель уже перешёл к демонстрации книги. На большом экране появилось оглавление с перечнем имён: «Кант в русских университетах:
Московский университет — с наибольшим количеством фамилий.
Казанский университет, Санкт-Петербургский университет, Харьковский университет…»
Фамилии философов были написаны мелкими буквами, и с места где я сидела было плохо видно. Поэтому я решила задать вопрос, который меня интересовал в рамках моего исследования.
— А Грот есть в этом списке?
Преподавателя немало удивил мой вопрос. Он начал искать Грота и с удивлением обнаружил, что его нет в списке Московского университета.
— Грота нет, — озвучил он очевидный факт. — Но он, вроде, должен быть.
Может быть, это за какие-то другие годы взяты философы?
После такого ответа у меня сразу же возник очередной вопрос:
— А по каким критериям составлялись данные списки? И как и на каких основаниях мы кого-то относим к кантовской школе? Что такое вообще философская школа? Кого и как мы относим к конкретной философской школе?
— Это делают историки философии, — дал мне уверенный бодрый ответ преподаватель.
— Но ведь у историков философии должны быть какие-то критерии определения философской школы? Мне просто хочется понять, на основании каких критериев они отобрали эти фамилии и внесли их в списки.
Тут один из студентов, то ли решив пошутить, то ли уточнить, сказал:
— Как я понимаю, все последователи Канта отказались от «вещи в себе».
На что преподаватель тут же отреагировал:
— Если бы вы были студентом-филологом, то ваш ответ можно было бы засчитать на тройку.
— О, я уже тройку заработал! — удивлённо сказал студент.
— Нет, ты заработал не тройку, так как ты не студент-филолог, а студент-философ, поэтому, по мнению преподавателя, ты заработал два балла, — уточнила я скрытый сарказм преподавателя.
Студент удивлённо посмотрел на меня, то ли потому что понял сарказм, то ли потому что действительно удивился.
Тем временем преподаватель, продолжая усиленно игнорировать мои вопросы, уже открыл следующую книгу с перечнем фамилий.
— Мы, конечно, не сможем пройти все эти фамилии, но на некоторых остановимся. От фамилий преподаватель перешёл к объяснению того, что такое кантовская школа, что она началась через 50 лет после смерти Канта.
Что вызвало у меня очередной удивлённый вопрос:
— А Фихте что, не принадлежит к кантовской школе?
— Нет, — ответил преподаватель, — так как он не развивал кантовские идеи.
— Тогда кого мы относим к кантианству?
— Сейчас принято говорить о неокантианстве, в которое входит и кантианство.
— А куда тогда мы относим кантоведов? И в чём, по-вашему, разница между кантианцами и кантоведами?
— Кантоведы — это историки философии, — уверенно ответил мне преподаватель.
— То есть получается, эти кантоведы и написали свои труды, в которых отнесли тех или иных философов к кантовской традиции? Но мне так и не понятно, на основании каких критериев они делали эту выборку. Вот среди этого списка, что вы нам представили, есть люди, которые самостоятельно заявили, что они неокантианцы? Или это за них решили историки философии?
— Есть те, кто заявлял, а есть те, кого отнесли.
— То есть мы, не понимая критериев, не понимая оснований выбора, просто повторяем за ними то, что написано?
— Вы хотите поспорить с историками философии?
— Нет, я хочу понять, кто из данного списка философов что-то внёс в развитие философии Канта. И кто из них смог понять Канта и сделал больше, чем Кант?
Общаясь с преподавателем, я не забывала про настройку подключения Wi-Fi к своему компьютеру. Тут я решила нажать на непонятную мне функцию «озвучить то, что на экране». Мой компьютер сразу начал сообщать подробности передвижения мышки по экрану. Это было очень громко, на всю аудиторию. Все удивленно посмотрели на меня.
Я извинилась перед преподавателем и сказала, что сейчас попробую выключить, только не понимаю, где это делается.
На моё извинение преподаватель ответил:
— Вы прямо как моя тёща: она вечно на компьютере нажмёт не туда, а потом не знает, как выключить.
После данного комментария я поняла, что все мои вопросы останутся без ответа. Нет смысла и дальше задавать их.
Я спокойно дослушала лекцию, успев настроить все необходимые мне функции на компьютере, сделала все запланированные работы и с окончанием пары вышла из аудитории.
Так прошла моя первая лекция 1 сентября, второго года обучения в магистратуре.
08.09.2025 г.
___________