СМД конфликтологический ответ критикам деятельностного подхода
Цой Л.Н. — канд. соц. наук, СМД конфликтолог.
В праведно-критической статье «Проблема деятельностного подхода в образовании» (авторы: Павел Борисович Иванов и Игорь Андреевич Воронцов) — мною зафиксированы шесть тезисов, которые являются не так слабыми или спорными, как необоснованными логически и фактологически. Необоснованные/неаргументированные и нелогичные тексты создают почву для создания иллюзий, мифов и демонизации изучаемых объектов, способствуя формированию фальшь-панелей, замещающих реальный мир.
В ситуации понятийной катастрофы, которая произошла после распада СССР, когда информационное пространство России стало заполняться гуманитарными понятиями западно-либерального мира, которые несли в Россию ценности чуждой нам цивилизации, противостояние ложным утверждениям, является долгом каждого российского гражданина. Защищая самое ценное, что делает человека ЧЕЛОВЕКОМ, а это самостоятельное мышление и ответственность за каждое слово, гражданин России защищает правду, как на СВО наши солдаты защищают, каждую пядь российской земли, освобождая ее фашисткой нечисти. В информационном пространстве долг каждого гражданина — защищать правду и только правду. Ибо за правду отдавали и отдают свои жизни русские солдаты на поле боя во все времена, становясь национальными героями и примером для будущих поколений.
Необоснованные тезисы авторов статьи
Первый тезис. Утверждение о полном отсутствии научной основы у теорий Выготского и Леонтьева.
Прямая речь критиков: «…никаких убедительных научных обоснований, почему именно этот подход был выбран основным — не даётся», «…большая часть этих идей не имеет под собой научной основы».
Культурно-историческая теория Выготского Л.С. и теория деятельности Леонтьева А.Н. являются признанными (хотя и спорными) научными школами всего мира, с собственной эмпирической базой (например, знаменитые эксперименты Выготского с понятиями). Их критикуют, с ними спорят, но утверждать, что у них вообще нет научной основы — это риторическое преувеличение, а не объективный факт. Это категоричное и абсолютное утверждение игнорирует огромный пласт исследований и дискуссий в психологии и педагогике.[1]
Деятельностный подход Щедровицкого Г.П. (в дальнейшем СМД подход), имеет свою методологию, принципы и схемы, позволяющие раскрывать многогранные стороны объекта в его разных протекциях, для поиска ресурсов его изменения и развития. Признание деятельностного подхода Г.П.Щедровицкого – тоже неоспоримый факт.[2]
Таким образом, тезис о том, что Выготский и Леонтьев не имеют научно обоснованных теорий, является, мягко говоря, неправдой, а если точнее- то это ЛОЖЬ.
Второй тезис. Утверждение о прямой связи идей Щедровицкого Г.П с высказыванием Болотова В.А. (бывшего- чиновника Министерства образования) о формате ЕГЭ.
Цитата Болотова («ряд схем… позволяют мне… заниматься… введением единого государственного экзамена») интерпретируется как: «именно этим… можно объяснить, что при подготовке к ЕГЭ… упор сделан на скорость, память, умение быстро совершать комбинаторно сложные действия, а вот понимание предмета… необязательно».
Можно ли на сновании того, что чиновник ранее принимал участие в методологических семинарах и в ОДИ, делать вывод о прямой связи идей деятельностного подхода к ЕГЭ?
Формат ЕГЭ (тесты, ограничение по времени) является общемировой тенденцией, обусловленной задачами массовой стандартизированной оценки, а не исключительно идеями СМД-методологии. Проблемы «натаскивания на тесты» существовали бы при любом методологическом базисе реформы, так как вызваны не теорией, а практикой подмены обучения подготовкой к экзамену. Критики на основании факта участия методолога в проекте ЕГЭ напрямую связывают этот факт с конкретными недостатками экзамена. Нет никаких доказательств связи идей Щедровицкого Г.П с высказыванием Болотова В.А.
Резюме. Тезис прямой связи идей Щедровицкого Г.П с высказыванием Болотова В.А. (бывшего- чиновника Министерства образования) о формате ЕГЭ не выдерживает никакой критики, а значит тезис ложный.
Третий тезис. Обвинение деятельностного подхода в «стихийном идеализме» и отрицании работы мозга.
Тезис критиков: «корни деятельностного подхода «…лежали в стихийном идеализме».
Щедровицкий Г.П. утверждает , как пишут критики, что «мышление не является функцией мозга».
Данные тезисы можно отнести к критике «наивного» представления, к некорректной философской оценке и упрощению. Щедровицкий Г.П., будучи оригинальным философом и методологом, рассматривал мышление как сверхиндивидуальную деятельность, развернутую в коммуникации и в социокультурном контексте. Его тезис — это не отрицание нейрофизиологии, а утверждение, что суть и содержание мышления нельзя свести к биохимическим процессам в черепе отдельного человека; оно порождается и существует в коллективной деятельности.[3]
Таким образом, тезис о том, что корни деятельностного подхода в находятся в стихийном идеализме» — можно отнести к псевдо философской критике.
Четвертый тезис. Утверждение о том, что деятельностный подход неизбежно ведет к профанации и бессмысленной деятельности.
Тезис критиков: — «мы получаем профанацию, заключающуюся в том, что люди выполняют действия, за которыми нет никакого смысла».
В целом есть и такой феномен в системах образования всего мира. Авторы вполне справедливо критикует плохую, формальную реализацию проектного и деятельностного подходов в России. Однако из этого вовсе не следует, что сама идея обучения через деятельностный подход — порочна. Правильно организованная проектная деятельность (где есть четкая цель, понятный результат и рефлексия) как раз призвана придать смысл действиям ученика, показать применение знаний на практике. Утверждение о том, что деятельностный подход неизбежно ведет к профанации и бессмысленной деятельности может зафиксировать только фундаментальное исследование. Но так как такого исследования проведено не было, то этот тезис не обоснован.
Пятый тезис. Приписывание всем реформам утопических взглядов и отрицание любых доказательств эффективности. принимаемых политических решений.
Тезис критиков: — «отечественные деятели… не приводят никаких доказательств эффективности принимаемых политических решений».
Хотя многие политические решения действительно могут приниматься умозрительно, однако утверждать подобные тезис можно только после наличия разработанных эффективных критериев принятия политических решений.
Такое категоричное заявление было бы верным, в случае наличия профессиональных критериев эффективности принимаемых политических решений. А так как таких критериев нет, что тезис – ложный.
Шестой тезис. Сведение проблемы к «наследию диамата» и «специфике отечественной психологии».
Тезис критиков: — «Проблемы коренятся в «парадигмальной природе и лежат глубоко в истории развития и специфики отечественной психологии и философии».
Такое понимание проблемы – является следствием упрощения процессов глобального тренда. Социальный конструктивизм, компетентностный и проектный подходы — это не исключительно российское изобретение. Они доминируют в западной педагогике с конца XX века (например, в той же Швеции, на которую ссылаются авторы). Таким образом, корни проблем — не в специфически «советской» почве, а в общемировом повороте образования в эту сторону. Российская специфика лишь наложила свой отпечаток (через теории Выготского, Леонтьева, Щедровицкого) на эти глобальные тренды, но не породила их.
Вывод: Научная критика должна быть направлена на слабые места и спорные интерпретации теорий, а не на их полное отрицание, что позволено обыденному сознанию, как повседневному, практическому сознанию, включённому в человеческую практику, которая в своих взглядах опирается на воображение, ассоциации и чувства, в отличии от научного или философского мышления, которое оперирует понятиями, моделями, знаниями, методологической рефлексией и логикой. Представленная в статье критика в содержит ряд справедливых аргументов (особенно о неэффективности, усилении неравенства и абстрактности понятий). Однако категоричность и нарушение логики приводит к тому, что критики деятельностного подхода легко переходят на колею западно-либерально-западной мысли, удаляя из поля зрения величайшие работы российских мыслителей. Деятельностный подход, разработанный в рамках ММК – является интеллектуальным ресурсом безопасности России, так как защищает самое ценное в человеке — его интеллект и самостоятельное мышление.
Попытка снизить значимость деятельностного подхода, как интеллектуального ресурса безопасности России, удалить его из российского образования — это интеллектуальное преступление в рамках информационной войны против России.
PS// Текст написан на принципах СМД подхода.
06.09.2025 г.
__________
[1 Выготский Л.С. Мышление и речь // Собрание сочинений: В 6-ти т. Т. 2. Проблемы общей психологии / Под ред. В.В. Давыдова. — М.: Педагогика, 1982. — С. 5-361
[2] Щедровицкий Г.П. Знак и деятельность. Книга 2: Язык и мышление. Значение и смысл. — М.: Вост. лит., 2006. — 407 с
[3] Щедровицкий Г.П. Проблемы методологии системного исследования // Щедровицкий Г.П. Избранные труды. — М.: Шк. Культур. Политики, 1995. — С. 145-277
Цой Л.Н. Статьи и размышления о конфликтах
___________________
Московской школе конфликтологии 25 лет